СМИ о нас

ВОЗМОЖНОЕ ЗАКРЫТИЕ ТЕЛЕКАНАЛА «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО»

Интервью радиостанции «Эхо Москвы» 9.10.2012 года

 

Е. БУНТМАН: 15 часов 9 минут, продолжаем наш «Дневной разворот». Инесса Землер, Евгений Бунтман. И у нас в гостях Вероника Боровик-Хильчевская, президент холдинга «Совершенно секретно» — добрый день.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Добрый день.

Е. БУНТМАН: И Этери Левиева, генеральный директор телеканала «Совершенно секретно» — добрый день.

Э. ЛЕВИЕВА: Здрасьте.

Е. БУНТМАН: Мы говорим о судьбе телеканала «Совершенно секретно», который, насколько мы понимаем, объявил фактически о скором своем закрытии. Формальная причина – это расторжение контракта с дочкой «Ростелекома», компанией «НКС». Все правильно?

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Да.

Е. БУНТМАН: И есть причины скрытые, которые вы предполагаете, в том числе вы говорили сегодня о том, что были некие сигналы из Администрации Президента и это решение политическое, о создании… ну, мы еще не говорим о закрытии, да, о создании проблем телеканалу «Совершенно секретно». Что позволяет говорить о политической подоплеке этого решения?

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Ну, прежде всего, хотелось бы сказать, что никто с нами конкретно не встречался из представителей «Ростелекома», ну, и из Администрации Президента тем более, на которую «Ростелеком» кивает в неформальных разговорах. Официальная причина расторжения контракта в оптимизации, так сказать, деятельности «Ростелекома». То есть, у них есть дополнительные еще кабельные каналы, например, «Мать и дитя», там, «Новое страшное телевидение» и так далее. Вот, видимо, эти каналы значительно больше интересные финансово, чем канал «Совершенно секретно», который, напомню, выходит уже 6 лет в эфире и на сегодняшний день, по Гэллопу, имеет 15 миллионов зрителей. Вот, видимо, такая цифра не устраивает наших партнеров – во всяком случае, они объясняют именно этим.

Е. БУНТМАН: Для них это мало?

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Для них это… ну, поскольку у них нет никакого другого канала, даже близко сопоставимого с этой цифрой, то, видимо…

Е. БУНТМАН: «Мать и дитя» вряд ли больше…

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Ну, а «Новое страшное телевидение», в общем-то…

Э. ЛЕВИЕВА: «Настоящее…»

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: А, «Новое…»

Э. ЛЕВИЕВА: «Настоящее страшное телевидение»

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: (смеется) Да, я даже пока, к сожалению, не выучила название этого, видимо, очень страшного нового канала.

И. ЗЕМЛЕР: Скажите, а можно сразу уточнение? Вот в том контракте, который сейчас действует, в нем прописана подобная процедура?

Э. ЛЕВИЕВА: Да, к сожалению, «Национальные кабельные сети» – это все-таки монополист в области кабельного телевидения, это самая крупная российская телевизионная кабельная сеть. Поэтому вот договор действительно составлен так, как они видят эту историю. И там действительно есть такой пункт о досрочном расторжении в одностороннем порядке. Вот. Но когда мы его подписывали – дело в том, что мы-то подписывали сначала этот договор совершенно с другими людьми – этого пункта там не было. Это были частные лица, которые владели «Национальными кабельными сетями». Это был господин Керимов, потом еще там некоторое количество бизнесменов. И, что интересно, с ними мы находили общий язык, даже когда возникали какие-то сложности, там, финансовые или, допустим, кто-то не хотел, чтобы вот эти слова звучали в эфире и так далее…

И. ЗЕМЛЕР: Политические.

Э. ЛЕВИЕВА: Не только политические.

И. ЗЕМЛЕР: В общем смысле.

Э. ЛЕВИЕВА: Да, были какие-то, может, бизнес-интересы – я не знаю этого. Но мы всегда садились за стол, мы всегда договаривались, разговаривали. Я-то считаю, что в данном случае произошла такая, как мы очень любим, мы, коллеги-журналисты, самоцензурная такая зачистка поля, чтобы вот еще раз продемонстрировать некую такую вот лояльность, видимо, власти, которую, в общем, власть, собственно говоря, и не просила. Да, ну, вот, видимо, господин Провоторов (а это президент «Ростелекома») решил, что вот надо таким образом. И я напомню нашим радиослушателям, что недавно вот «Коммерсантъ» опубликовал некую такую статью о том, что президент «Ростелекома», по мнению Министерства связи, является неэффективным менеджером, потому что, во-первых, компания задолжала государству 185 миллиардов рублей. И там же были опубликованы данные о его заработной плате. Я никогда не влезаю в чужой карман, мне вообще все равно, сколько получает наш…

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Но, минуточку, это госслужащий.

Э. ЛЕВИЕВА: Да. Но раз мы говорим об оптимизации компании, и человек получает три миллиона рублей ежемесячно… а в случае его досрочного расторжения контракта он получит 200 миллионов рублей – так написано в этой статье.

И. ЗЕМЛЕР: Это неустойка?

Э. ЛЕВИЕВА: Это неустойка. Так, извините меня, может быть, все-таки что-то в консерватории не так, там надо как-то оптимизировать эти средства? Не думаю, что те средства, которые в результате доходов, которые оставались у «Национальной кабельной сети», доходов с рекламы и доходов от распространения… а мы получали некую фиксированную сумму по договору, достаточно небольшую, поверьте мне. Этот месяц – несколько… ну, практически зарплата вот этого одного чиновника. Вот. То я не думаю, что оптимизированные в этом случае средства каким-то образом помогли бы расплатиться с такими долгами.

И. ЗЕМЛЕР: И, прошу прощения, каким образом вас проинформировали о предстоящем разрыве отношений?

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: В письменном виде. Ну, просто прислали письмо 29 августа, да, заказное, по-моему? Поскольку…

Э. ЛЕВИЕВА: Нет, они… мы получили на руки уже.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Вот. И все. А когда: «А как? А что?» — ну, вот так вот. При этом делается, так сказать, такая долгая пауза в телефонном разговоре, говорят: «Ну, вы знаете, ну, вот это вот наверху так решили». Кто решил? Зачем решил? Куда пошел? Это не понятно.

И. ЗЕМЛЕР: То есть, аргумент, не допускающий возможности переговоров.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Нет, ну, как бы они с себя снимают ответственность, хотя у нас полное ощущение того, что… знаете, как сегодня очень многие чиновники пытаются купить за счет якобы так называемой лояльности себе право, в общем-то, быть, условно говоря, неэффективными менеджерами за три миллиона в месяц и плюс двести миллионов, если их таковыми признают и попросят покинуть этот пост.

И. ЗЕМЛЕР: Ну, вы знаете, вы меня простите за это слово, вас же не пытались прогнуть, правильно? Вам просто говорят, что прекращают с вами сотрудничество. Или пытаются?

Э. ЛЕВИЕВА: Дело в том, что в течение определенного количества времени, этих шести лет, с нами велись бесконечные разговоры. Разные, так сказать, управленцы, скажем так, говорили нам: «Ну, давайте вот, ну, здесь вот как-то тон по-другому. Ну, чего у вас тут программа вот с Немцовым? Ну, не надо, не надо с Немцовым». Ну, хорошо, сделали и сделали. Дальше, допустим, была программа с генералом Ачаловым, которую оператор просто снял с эфира. Он просто вынул, поскольку технически это выглядит так: берется некий носитель и, там, вставляется в некий, так сказать…

И. ЗЕМЛЕР: Приемник.

Э. ЛЕВИЕВА: Приемник, да. Он просто вот его вынул из этого приемника. По поводу этой программы, кстати сказать, нам и угрожали, и звонили дружеские товарищи и советовали этого не делать. Речь там шла… покойный генерал Ачалов говорил о том, какие процессы сейчас происходят в Министерстве обороны, и делился своими, так сказать, представлениями о том, как нужно хранить обороноспособность страны. Ну, это было вот так. Дальше были программы, скажем, связанные с митингами, которые мы вообще никак не комментировали, мы просто показывали картинку.

Е. БУНТМАН: Давайте продолжим через минуту, у нас сейчас реклама. Вероника Боровик-Хильчевская, президент холдинга «Совершенно секретно», в эфире, и Этери Левиева, генеральный директор телеканала «Совершенно секретно». Через минуту вернемся.

РЕКЛАМА

Е. БУНТМАН: 15 часов 17 минут в Москве. Инесса Землер, Евгения Бунтман. И продолжает Этери Левиева, генеральный директор телеканала «Совершенно секретно», я вас остановил на программах про митинги.

Э. ЛЕВИЕВА: Да, мы никак не комментировали митинги, мы просто тупо дали картинку, да? Просто чтобы люди имели представление, что это такое. И, в общем, на нас обрушилось большое количество звонков, и на сайте было очень много комментариев и так далее. Значит, нам тоже сказали: «Ну, зачем, собственно говоря?» — сказали чиновники, вернее управленцы. Далее последовала программа с Ильей Пономаревым, и все это закончилось… ну, там еще был ряд программ: с Илларионовым, там, с несчастным Каспаровым, который про шахматы сказал, только шахматы, больше ни про что. Вот. И закончилось это все Людмилой Нарусовой, программой «После Собчака», где, в общем, вы знаете, наверное, о чем шла речь, я не буду повторяться. Ее затребовал еще генеральный прокурор. Ну, в общем, как сказала Людмила Борисовна Нарусова… она сказала: «Чайка позвонил сам и сказал, что все в порядке, никаких проблем нету. И с Администрацией я разговаривала, они тоже сказали, что никаких проблем нету». То есть, ни у кого никаких проблем нету.

И. ЗЕМЛЕР: Проблемы только у вас.

Э. ЛЕВИЕВА: Проблемы только у «Ростелекома», я так понимаю.

Е. БУНТМАН: Я хотел бы, может быть, небольшую ремарку. Я вижу сейчас прямо в Твиттере другого телеканала, телеканала «Дождь», там появилась новость, что теперь телеканал «Дождь», весьма оппозиционный, как мы понимаем, телеканал, по кабелю «Ростелекома» теперь в Перми.

(смех)

Е. БУНТМАН: И, ну, тут сложно, тут какое-то противоречие наблюдается, если вы говорите, что «Ростелеком», ну, фактически выслуживается, да? Здесь факт самоцензуры, или, во всяком случае, подозрение на самоцензуру. Как тогда объяснить?..

Э. ЛЕВИЕВА: А очень просто…

Е. БУНТМАН: … значительно более радикальный «Дождь»…

Э. ЛЕВИЕВА: Дело в том, что, вы сами сказали, что он в Перми появился. Это означает, что у «Ростелекома» есть разные пакеты. Вот один пакет… ну, как вот на «НТВ Плюс», есть базовый пакет, есть, там,расширенный и так далее, так и у «Ростелекома» есть главный пакет, он называется, там, «социальный» — я не помню, как он точно называется. В него входит, по-моему, 32 канала, которые вот практически во всех московских и питерских домовладениях включен…

И. ЗЕМЛЕР: Да, я напомню, что телеканал «Совершенно секретно»… вот в Москве везде практически сейчас проведены кабельные сети, и телеканал «Совершенно секретно» является общедоступным телеканалом для, ну, как минимум московских зрителей. И тут же пришла смска от Владимира из Самары: «То есть, со спутника вещания тоже не будет?» Давайте вот немножечко в будущее. Как вы планируете оставаться с теми людьми, которые вот нам пишут: «Мои дорогие, любимые, держитесь»?

Э. ЛЕВИЕВА: Значит, вот я уже говорила, что вот телеканал «Дождь» самостоятельно, видимо, вошел в сети в какие-то там 28-е, да? Я не могу сейчас комментировать точно. Но это вот сети, допустим, распространения где-то, может быть…

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: В регионах.

Э. ЛЕВИЕВА: В регионах. Вот. Или в тех же московских или питерских, но уже более, скажем так, платные расширенные какие-то сети. Вполне возможно. То есть, кодированный сигнал, который не может видеть любой москвич. Вот. Но, опять же, мы готовы были сесть за стол переговоров с «Ростелекомом» и обсуждать этот вопрос, но, к сожалению, этого не случилось. Что мы планируем? «НТВ Плюс», большое ему спасибо, к нам всегда относился очень нормально, лояльно, и мы с ними работали. Но работали, опять же, через…

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Нашего партнера.

Э. ЛЕВИЕВА: … «Национальные кабельные сети», да, через «НКС». Мы надеемся, что сейчас мы можем к ним обратиться и подписать с ними договор на вещание напрямую.

Е. БУНТМАН: То есть, у вас есть какая-то альтернатива, да, определенная?

Э. ЛЕВИЕВА: Естественно. Но дело в том, что количество зрителей значительно уменьшится.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Ну, представьте себе, москвичи, которые получали, так сказать, довольно, можно сказать, заплатив один раз, да, они получали…

Э. ЛЕВИЕВА: Ну, практически бесплатно, да.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: … практически бесплатно «Совершенно секретно». И то же самое в Санкт-Петербурге. Сегодня такой возможности у них не будет, да?

Е. БУНТМАН: То есть, или по «плюсовской» тарелке, получается…

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Да…

Е. БУНТМАН: … или через интернет, кстати, через интернет.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Вот и через интернет. Но, опять-таки, мы сейчас рассматриваем этот вариант, и, естественно…

Э. ЛЕВИЕВА: Мы рассматриваем другую сеть кабельную, естественно.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Ну, мы работаем по всем направлениям. Мы просто, естественно, смотрим сейчас и наши возможности, потому что мы, так сказать, работаем за свой счет, вот, и поэтому нам нужно посмотреть, как что у нас выходит.

И. ЗЕМЛЕР: А у вас есть, извините, оценка интернет-аудитории потенциальной?

Э. ЛЕВИЕВА: Да, примерно она есть. Дело в том, что…

И. ЗЕМЛЕР: Это вот какое порядковое соотношение с той кабельной сетью, которая сейчас действует?

Э. ЛЕВИЕВА: Ну, это в разы ниже, в разы ниже. Я думаю, что аудитория, если мы бы начали вещание, была бы чуть больше, может быть, чем у «Дождя», потому что просто мы дольше работаем, вот, но значительно меньше. То есть, я думаю, что это где-то порядка шести миллионов.

Е. БУНТМАН: Я еще хотел уточнить одну вещь. Вы, Вероника, упомянули число 29, 29 августа к вам пришло письмо. Сегодня у нас 9 октября. Что происходило в этот период? Вы пытались как-то договориться с «Ростелекомом» или что, почему такой большой?..

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Мы пытались достучаться до их здравого смысла. Ну, вот Этери предпринимала неоднократные попытки, поскольку, так сказать, на протяжении всех этих лет Этери не просто была генеральным директором, а генеральным продюсером. И, так сказать, ее контакты… она, по-моему, поднимала всех людей…

Э. ЛЕВИЕВА: Да, мы напрямую пытались связаться с президентом «Ростелекома», но нам, так сказать, отправляли… вот я говорю, Андрей Скутин. генеральный директор «НКС Медиа» или, там, Вера Оболонкина, то есть люди, которые, в принципе, ничего не решают, они так сами и говорили: «Мы ничего не решаем, решает только вот…»

И. ЗЕМЛЕР: «За нас».

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Нет, «решает наше руководство».

Э. ЛЕВИЕВА: «Наше руководство». То есть, президент «Ростелекома» конкретно, да? Вот. «И разговаривайте с ним. А еще лучше, если вы свяжитесь с Администрацией Президента». Это я вам рассказываю то, что мне говорили в неформальной беседе.

Е. БУНТМАН: Ну, мне вот до сих пор не понятно, за что могла Администрация Президента ополчиться, потому что…

Э. ЛЕВИЕВА: Намекали…

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: И мы не понимаем. За один разговор с сенатором Нарусовой? Ну, она все-таки сенатор…

Э. ЛЕВИЕВА: Она совсем не ополчилась, это просто…

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Отговорка.

Э. ЛЕВИЕВА: … какой-то сон…

И. ЗЕМЛЕР: А до 29 августа были сигналы, что если не измените политику, то мы вас?..

Э. ЛЕВИЕВА: Боже сохрани! До 29 августа мы нежно сидели со Скутиным и остальными товарищами и рассуждали о том, сколько мы дополнительно денег, мы и они, будем вкладывать в это дело, и какие новые программы будем запускать, и как так сделать, чтобы реклама выросла в сотни раз. Мы предложили себе взять хотя бы 50% этой рекламы, мы будем сами ее пригонять…

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Да, продвигать.

Э. ЛЕВИЕВА: Вот. Вот что мы обсуждали, очень мирно, очень хорошо.

Е. БУНТМАН: И главный вывод, который можно сделать… потому что история для меня по-прежнему остается загадочной. Кроме каких-то, может быть, личных интересов менеджеров ваших уже бывших партнеров, других причин каких-то объективных, если не выстраивать, опять же, теории заговоров, я найти не могу. Кроме довольно очевидного вывода, что очень стало легко отключить какой-то телеканал без всяких последствий.

Э. ЛЕВИЕВА: Абсолютно.

Е. БУНТМАН: Вы предполагаете, может быть, какую-то кампанию вести в вашу поддержку или призвать поддержать вас? Ну, пошуметь побольше.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Вы знаете, сегодня было очень приятно, когда мы проводили пресс-конференцию в «РИА Новости»… Во-первых, спасибо большое нашим коллегам за предоставление этой трибуны. Собралось очень много, так сказать, уважаемых нами людей: главных редакторов, журналистов. И получилась даже как-то не столько пресс-конференция, даже как ток-шоу какое-то, да? У всех было что сказать. И, вы знаете, впервые, может быть, за долгое время мы почувствовали такую поддержку коллег… Еще раз спасибо им огромное. Мы почувствовали и поддержку Союза журналистов России, и, так сказать, наших коллег из «Новой газеты», «Эхо Москвы» тоже спасибо большое. Так что, на самом деле мы очень надеемся на то, что ведь… Послушайте, сегодня, там… не знаю, вчера это была «Свобода», сегодня мы, завтра – кто угодно.

Э. ЛЕВИЕВА: Кто угодно абсолютно.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Ребята, давайте, так сказать, как-то поддерживать друг друга, потому что без этого невозможно. Давайте хотя бы об этом рассказывать.

Э. ЛЕВИЕВА: Я как раз хочу тоже в поддержку сказать тому, что вы сказали. Как можно объяснить прикрытие «Коммерсанта ТВ»? Это же тоже было сказано нам, что как бы это коммерчески невыгодно, что это экономическое решение. Но оно просто не могло быть. Любому телеканалу дается как минимум 3-5 лет, для того чтобы это была экономическая выгода. Понимаете? Мы проработал 6 лет и мы на 4-м году начали очень хорошо как бы зарабатывать. Это было видно, это знали наши хозяева. Я имею в виду, наши контрагенты, да? Почему закрыли радио «Свобода»? Почему изменили «Коммерсантъ ФМ», там, сменили директора? Почему произошла, там, история в издательском доме «Коммерсантъ»? Ну и так далее. Почему телеканал «Дождь», там, закрыл «Гражданина Поэта»?

Е. БУНТМАН: Каждый раз это решение руководства и решение менеджмента. Тут со стороны законности какой-то не подкопаться, как и, в общем, в вашем случае.

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: У нас-то тоже как бы соблюдение контракта, мы вовсе…

Э. ЛЕВИЕВА: Я как раз и веду к этому, к тому, что формально это все выглядит, как сегодня сказал один очень высокопоставленный человек, спор хозяйствующих субъектов.

И. ЗЕМЛЕР: Ой, какое знакомое выражение.

Э. ЛЕВИЕВА: Да, мы уже наблюдали его как-то в «ТВ-6», в «НТВ» и так далее. Да, ну, это такие споры будут происходит повсеместно. Надеюсь, что до вашей замечательной радиостанции, которую мы очень уважаем, это дело не дойдет. Но, тем не менее, вот ситуация… Кстати, я вот читала выступление Венедиктова, обращение к Кулистикову, и ответ, тоже такой довольно искрометный, искрометная такая была шутка. И как-то мне не показалось, что все хорошо.

Е. БУНТМАН: Ну, да, это, в любом случае…

И. ЗЕМЛЕР: Это будет тема нашего следующег…

(смех)

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Из подполья будем выходить скоро.

Е. БУНТМАН: Что касается журналистской солидарности, я вот, может быть, к этому веду, потому что никаких особенных массовых выступлений нету, всеобщих забастовок журналистов в поддержку коллег. Ну, вот сегодня был… сегодня же опять, да, был пикет в поддержку радио «Свобода» и обращение к американскому менеджменту радио «Свобода». И как-то там не было особенно много народу и тоже солидарности нет. Хотя вам, насколько я понимаю, Союз журналистов обещал помочь и следить за вашей судьбой. В чем может вообще заключаться помощь от нынешнего Союза журналистов, как вы ее видите?

В. БОРОВИК-ХИЛЬЧЕВСКАЯ: Ну, я думаю, в том, чтобы об это стало повсеместно известно. Есть же и региональный Союз журналистов, и поддержка там, в общем-то, нам тоже не безынтересна, поскольку люди смотрят нас не только в Москве и Санкт-Петербурге. Откуда 15 миллионов взялось, да? Нас смотрят практически во всех регионах, нас смотрят в СНГ, нас смотрят в странах Балтии, в Америке. Именно почему вот мы не принимаем позицию наших партнеров по «Ростелекому», когда они говорят, что оптимизация, им невыгодно? Да потому чтос егодня к ним обращаются операторы из США, из Израиля с подписанием контракта на то, чтобы показывать наш канал, да. В том-то и дело, они за это платят деньги.

И. ЗЕМЛЕР: И, вы знаете, у меня еще один вопрос был. К сожалению, осталось мало времени. Журналисты. Что сейчас происходит в коллективе, в редакции?

Э. ЛЕВИЕВА: В редакции сейчас происходит такое сплочение перед надвигающейся бедой. Вот. Но, тем не менее, каждый из них представляет из себя ячейку, семью, там, и так далее, то есть им надо есть, одеваться, кормить семью. И, естественно, они будут искать еще и другие возможности, но мы будем пытаться сохранить, вот как мы говорим, уникальный журналистский коллектив. Очень жалко будет потерять Кучера, там, я не знаю, Катю Шергову, Дмитрия Губина, Леонида Велехова и так далее. Это всегда очень печально. Я хотела буквально вот одно слово вот сказать господину ведущему, господину Бунтману, что, в общем, как бы вот вы ни считали все-таки это экономической стороной вопроса, она таковой не является. Потому что любой здравомыслящий бизнесмен – я тоже себя имею честь причислить к ним – подумает, прежде чем рубить сук, на котором сам сидит. То есть, позвать человека и сказать, что: «Старик, давай сегодня мы вот подумаем, как это лучше сделать и оптимизировать», — вот в чем выгода. А не в том, чтобы просто так, сославшись, как раньше говорили, есть мнение, на кого-то, отрубить эфир.

Е. БУНТМАН: Спасибо большое. Вероника Боровик-Хильчевская, президент холдинга «Совершенно секретно», и Этери Левиева, генеральный директор телеканала «Совершенно секретно», были у нас в гостях. Спасибо.

Комментарии (1)

  1. 21.02.2013
    22:47
    Владислав

    Всё это очень печально.

Добавить комментарий